Золотисто-багряный рассвет медленно развешивал свои краски по спящему городу. Воздух был прохладен и прозрачен, словно хрусталь, а в лужах, оставшихся после ночного дождика, отражалось хмурое, но чистое небо. На почти пустой автобусной остановке, закутавшись в поношенное, но аккуратное пальто, стояла юная особа и тревожно поглядывала на часы. Времени оставалось в обрез, каждая секунда была на счету, и угроза опоздания витала в воздухе, словно предвестница ненастья. Наконец, вдали показался долгожданный микроавтобус, и сердце её ёкнуло от облегчения.
Когда транспорт, лязгая дверьми, подкатил к обочине, девушка, воспитанная в лучших традициях уважения к старшим, инстинктивно пропустила вперёд пожилую женщину с огромной сумкой на колёсиках. Едва она занесла ногу над ступенькой, собираясь войти, как чья-то грубая, сильная рука резко оттолкнула её в сторону. Она едва удержала равновесисие, пошатнувшись и сделав несколько неловких шагов по мокрому асфальту. В салон, как ураган, влетел крепко сбитый молодой человек в потрёпанной джинсовой куртке и, с победоносной ухмылкой окинув взглядом салон, занял последнее оставшееся место.
— Клювом не щёлкай, курица! — бросил он ей вдогонку, громко заржав и наслаждаясь собственной наглостью.
Маршрутка, фыркнув выхлопом, резко тронулась с места, оставив её одну на опустевшей остановке. Теперь опоздание было неминуемым, а значит, не избежать и строгого, унизительного разговора с руководством. Горечь обиды и досады подступила к горлу.
— Вот, нахал несусветный! — возмутилась другая женщина, ожидавшая свой автобус. — А ты что молчишь? Таким хамам нужно давать отпор сразу, иначе они сядут на шею и будут помыкать всю оставшуюся жизнь! — Брюнетка с возмущением погрозила вслед уехавшему транспорту сжатым кулаком.
Девушка лишь грустно вздохнула и беспомощно пожала хрупкими плечами. Она не могла ничего сказать, даже если бы её переполняло желание высказать всё, что накипело на душе. Просто она была лишена дара речи. Пятнадцать лет назад её жизнь раскололась на «до» и «после» в одну страшную секунду, когда легковой автомобиль, в котором она ехала с самыми близкими людьми, перевернулся несколько раз, унеся с собой всё её светлое и беззаботное прошлое. Немота стала молчаливым, жестоким последствием той чудовищной детской травмы. Маленькая девочка с личиком невинного ангелочка потеряла в тот день обоих родителей, а её счастливое детство растворилось в боли и страхе. Единственная оставшаяся родственница, бабушка, не пережила такого сокрушительного удара судьбы и через месяц тихо угасла, словно свеча на сквозняке.
Пятилетняя малышка, с глазами, полными немого ужаса, осталась совершенно одна в огромном, равнодушном и жестоком мире. Ночные кошмары стали её постоянными спутниками: во сне она кричала и звала маму, но, пробуждаясь, не могла издать ни единого звука. Врачи прилагали титанические усилия, работая с пострадавшей, пытаясь разбудить её голос. Они перепробовали десятки методик, но ни одна не принесла желаемого результата. Физически ребёнок был абсолютно здоров, но продолжал упорно молчать, будто заточив себя в прочную, невидимую башню.
— Мы надеемся, что со временем, в спокойной обстановке, функция речи восстановится сама собой, — разводил руками главный врач. — Мы сделали всё, что было в наших силах.
Возможно, в атмосфере домашнего тепла и любви, её психика постепенно и залечила бы свои раны. Однако казённые стены детского дома, жёсткий распорядок дня и ощущение тотального одиночества не способствовали исцелению. Будущее виделось ей в мрачных, пугающих тонах, ведь круг её общения ограничивался парой-тройкой таких же несчастных подруг. Окончив колледж по строительной специальности, она в тайне мечалась о получении высшего инженерного образования. Её подруги, едва вырвавшись из-под опеки государства, с головой бросились в водоворот развлечений, оставив её в стороне. И снова она осталась одна.
Собрав всю свою волю в кулак, она приняла твёрдое решение — найти любую, даже самую непрестижную работу и начать откладывать каждую копейку на осуществление своей заветной мечты. В глубине души, эта светловолосая, хрупкая красавица лелеяла надежду о создании настоящей, крепкой семьи, такой же дружной и любящей, как у её родителей. Яркие, словно вспышки света, обрывки воспоминаний из раннего детства хранили в себе непередаваемое ощущение покоя, безопасности и абсолютного счастья.
Однако найти работу оказалось задачей не из лёгких. После долгих и изнурительных скитаний по различным компаниям, она с горечью поняла, что немая сотрудница никому не нужна. Она не могла претендовать на вакансии официантки, секретаря или оператора. Работодатели, узнав о её особенности, лишь смущённо разводили руками и вежливо, но твёрдо показывали на дверь.
И вот, словно луч света в тёмном царстве, она увидела объявление о наборе уборщицы в солидную, крупную фирму. Сердце её забилось чаще от зародившейся надежды. Обещали достойную зарплату и соцпакет. У неё уже был горький опыт подобных «трудоустройств», когда недобросовестные наниматели настаивали на недельной «стажировке» без оплаты, а потом просто выставляли за дверь. Она молча сносила унижения, глотая горькие слёзы, не имея возможности даже высказать своё возмущение.
Теперь же, казалось, жизнь понемногу начинала налаживаться. Девушке предоставили небольшую, но отдельную комнату в служебном общежитии и официально оформили на должность уборщицы. Из-за скромного, бедного гардероба, состоящего из пары блузок и юбок, она выглядела настоящей провинциалкой, что только усугубляло её положение.
Её появление на новом месте работы сопровождалось волнением, и оно было далеко не беспочвенным. Большинство сотрудников воспринимали её как ущербную, неполноценную личность, относясь к ней с плохо скрываемой брезгливой жалостью. Девушка всегда носила с собой набор заранее заготовленных карточек с стандартными фразами, что лишь сильнее выделяло её из коллектива, превращая в белой вороны, молчаливого изгоя.
— Внимание, объект движется по коридору! — передразнивали её сотрудники службы безопасности, смотря на неё свысока. — Смотрите, наша немая пошла, ну глухонемая.
Она старалась изо всех сил выполнять свои обязанности максимально быстро и качественно, стараясь как можно реже попадаться на глаза. Со временем в её кармане сформировался практичный мини-набор самых необходимых карточек: «Спасибо», «Можно ли уходить?», «Когда начать уборку?».
Приятнее всего ей было работать в отделе бухгалтерии. Там трудились женщины в возрасте, мудрые и спокойные, с большим пониманием и сердечностью. Они быстро окружили её почти материнской заботой, а она, молча кивая, с удовольствием слушала их бесконечные рассказы о семьях, детях и внуках, с благодарностью принимая угощения в виде домашней выпечки.
А вот уборка в отделе менеджеров превращалась в ежедневное испытание. Там царил шумный, вечно готовый к шуткам и розыгрышам молодой коллектив. Переступая порог их кабинета, она невольно глубоко вздыхала и опускала глаза в пол, стараясь стать как можно более невидимой и незаметной.
— Смотрите, кто к нам пожаловал! — оглашал кабинет голос местного заводилы и начальника отдела, мужчины по имени Руслан. — Наша Золушка, наша немая замарашка!
В ответ раздавалось дружное, сдержанное хихиканье. В один из таких дней, когда уборщица попыталась поднять мусорную корзину из-под ног веселящегося менеджера, тот ловко выхватил из кармана её фартука потрёпанные заламинированные карточки.
— Ой, что это у нас тут такое? Смотрите-ка! — он поднял их над головой, словно трофей, и с громким хохотом, кривляясь, начал зачитывать. — «Спасибо» — это, наверное, для меня! Можешь не благодарить, любая ночь в твоём распоряжении. Хотя, знаешь, я предпочитаю нормальных, разговорчивых девочек, а не таких юродивых!
В кабинете раздались одобрительные смешки. Некоторые сотрудники сделали вид, что увлечены работой и не замечают отвратительного поведения своего начальника. Девушка вспыхнула от стыда, потянулась за своими карточками, но бессильно опустила руку. От ощущения полной беспомощности, от того, что она не могла ни ответить, ни защититься, на глаза навернулись предательские, жгучие слёзы.
— Прекрати немедленно! — раздался твёрдый, молодой голос. Это был стажёр, имя которого большинство в отделе даже не удосужилось запомнить. Он решительно выхватил карточки из рук Руслана и бережно протянул их девушке. — Позорно издеваться над девушкой! — произнёс он, поправляя на переносице массивные очки в роговой оправе. — И вдвойне подло, когда она не может дать тебе достойный отпор. Это низко. Даже для тебя.
— У кого это голосок-то прорезался? — возмутился Руслан, чьё развлечение было так грубо прервано. — Лёва, что, наша Золушка тебе приглянулась? Так мы будем звать тебя прекрасным принцем!
По кабинету прокатилась волна приглушённых смешков.
— Отличник в очках с колёсами… — начальник с насмешкой обвёл взглядом подчинённых. — На наследника престола, правда, не тянет. Разве что на помощника уборщицы, верно?
Послышались редкие, одобрительные «Ха-ха».
— Не обращай на них внимания, — успокаивал он девушку, стараясь её подбодрить доброй улыбкой. — Они просто ведут себя как последние идиоты!
Защита хрупкой блондинки не принесла Лёве популярности в коллективе. Напротив, он мгновенно приобрёл статус изгоя и стал новой мишенью для шуток и насмешек. Однако парень старался не обращать на это внимания, прекрасно понимая истинную цену своим коллегам.
Вечером того же дня Лёва дождался её у служебного выхода.
— Позволь проводить тебя до дома? — вежливо поинтересовался он, снова поправляя свои неуклюжие, но такие милые ей очки.
Они не спеша шли по вечерним, оживлённым улицам, освещённым фонарями. Лёва рассказывал ей забавные и трогательные истории из своего детства. Его воспитывала одна мать, которая из последних сил старалась поставить сына на ноги, дать ему хорошее образование. Она работала без устали, сразу на нескольких работах, и в конце концов её здоровье дало серьёзный сбой. Теперь она, тяжело больная, почти не вставала с постели.
— Знаешь, Вика… — загадочно улыбнулся он, глядя на её сияющие вниманием глаза. — Мама часто водила меня в цирк, и я тогда страстно мечтал стать… — Лёва артистично поклонился, как заправский клоун, — Угадай, кем?
Она на мгновение задумалась, а затем быстро нацарапала что-то в своём блокнотике.
— Нет, не клоуном! — рассмеялся он.
Девушка снова задвигала ручкой по бумаге.
— И не гимнастом, не лихим мотоциклистом в клетке, и даже не укротителем свирепых тигров, — он комично набрал в грудь побольше воздуха и торжественно выдохнул. — Я в детстве хотел стать… львом!
И Лёва громко и смешно зарычал, не обращая внимания на шарахнувшихся в сторону прохожих.
Она лукаво улыбнулась, подозвала его к одной из витрин, подышала на холодное стекло и аккуратно, пальцем, вывела запотевшие слова: «Ты и есть Лев».
Девушка была бесконечно рада, что её Лёва оказался таким необыкновенно смелым и добрым. Говорят, что влюблённые не замечают недостатков. Но всё зависит от того, что считать недостатком. Наглец с пустотой в душе, но в модном, дорогом костюме, или же неуклюжий, близорукий паренёк в старом, поношенном пиджачке, но с огромным, отзывчивым сердцем, полным доброты и сострадания.
Лёва и Вика действительно стали спасением и опорой друг для друга. Парень каждый день провожал свою красавицу домой, а по выходным она приходила к ним в гости и помогала ему ухаживать за больной матерью. Сирота всей душой радовалась, что её избранник вырос в простой, небогатой семье, где ценили искренность и тепло человеческих отношений. Его мать, Елена Викторовна, с первого взгляда прониклась симпатией к тихой, скромной девушке и сердечно одобрила выбор сына.
— Мама говорит, что ты — настоящий алмаз, который нуждается лишь в небольшой огранке, — однажды, глядя ей прямо в глаза, с нежностью произнёс парень.
Лёва всячески выражал свои чувства: вниманием, бесконечной заботой и участием. Он обещал Вике, что как только его официально зачислят в штат компании, они сразу же сыграют свадьбу. Он поможет ей с трудоустройством и учёбой. Они были по-настоящему счастливы и не замечали, как над их безмятежным миром сгущались чёрные, грозовые тучи.
Компания «Стройинвест» была одним из лидеров на рынке недвижимости. Годами здесь нарабатывались обширные базы данных поставщиков и клиентов, создавались уникальные активы, представлявшие огромный коммерческий интерес.
Служба безопасности не сразу обнаружила серьёзную утечку конфиденциальной информации. Поначалу у руководства были лишь смутные подозрения и догадки. Однако вскоре худшие опасения подтвердились — в коллективе завёлся «крот».
Генеральный директор, человек с непростой репутацией, созвал экстренное совещание всех начальников отделов. Он устроил им настоящий допрос с пристрастием, но виновный так и не был выявлен. После совещания, когда кабинет уже почти опустел, в дверях задержался начальник отдела менеджеров Руслан.
— У тебя есть хоть какие-то соображения на этот счёт? — спросил директор, пристально глядя на него. — Твои подчинённые имеют прямой доступ к нашим основным базам.
— Пока сложно сказать что-то определённое… — многозначительно помедлил Руслан, на его губах играла хитрая усмешка. — Мы ещё выясняем, с какого именно рабочего места произошла утечка, но я активно работаю в этом направлении. Уверен, что скоро мы вычислим этого «крота», — с деланным гневом прошипел он.
Директор компании, Аркадий Петрович, был личностью известной и уважаемой как в определённых криминальных кругах, так и среди власть имущих. В прошлом он успел послужить в одной из горячих точек, вернуться домой и столкнуться с горькой участью никому не нужного солдата. Сильный, волевой и бесстрашный парень сумел завоевать свой авторитет в лихие девяностые, не брезгуя при этом самыми кардинальными методами.
Спустя пару дней на прямой телефон директора поступил звонок от Руслана. Через десять минут тот уже стоял перед массивным дубовым столом начальника.
— Ты абсолютно уверен, что это стажёр Лёва? — с недоверием в голосе спросил Аркадий Петрович. — Не стоит рубить с плеча, последствия могут быть непредсказуемыми.
— Да, уверен на все сто! — твёрдо заявил Руслан. — Он ведёт себя крайне подозрительно. Я его расспрашивал, а он столько лишнего наговорил… Юлит, как уж на сковородке. Думаю, техники всё подтвердят. Они как раз проводят проверку.
— Не упускай его из виду ни на минуту! — приказал директор, и его лицо стало мрачнее грозовой тучи.
Через несколько часов в кабинете снова раздался телефонный звонок. Технические специалисты доложили, что несанкционированное копирование данных было совершено именно с компьютера стажёра Льва. Руслан с нескрываемым презрением наблюдал за ничего не подозревающим парнем.
Когда двое охранников, грубо заломив ему руки за спину, вывели из кабинета опешившего «ботаника», старший менеджер с победоносной ухмылкой окинул взглядом коллег и многозначительно подмигнул. Молодой парень так и не смог вписаться в их тесную компанию, и потому никто не испытывал к нему ни капли жалости.
— Полагаю, ты прекрасно понимаешь, зачем я вызвал тебя сюда, — ледяным тоном произнёс Аркадий Петрович. — Приветствую нашего примерного отличника, которому я дал уникальный шанс, и вора в одном лице!
— Нет! Что вы! — испуганно замотал головой Лёва. — Я не понимаю… Этого не может быть… Я никогда бы не…
— Тебе на самом первом инструктаже доходчиво объяснили правила корпоративной безопасности? — перебил его директор, наклоняясь так близко, что их лица почти соприкоснулись. — Ворам и предателям в моей компании не место! Пошёл вон!
Охранники снова схватили парня, сильнее выкручивая руки, и с силой швырнули его на дорогой паркетный пол.
— Кому ты передал данные? — закричал Аркадий Петрович, теряя самообладание. — Кто твой заказчик?!
— Я ничего не делал! — мотал головой перепуганный до смерти Лёва. Его очки упали и разбились с тихим хрустальным хрустом. — Нет! Я не понимаю, о чём вы!
Два дюжих охранника прижали его худощавое тело к полу.
— Хватит этого цирка! — с раздражением махнул рукой директор и тяжело вздохнул. — Ради твоей больной матери я даю тебе последний шанс… Мы на грани разорения. Ты компенсируешь компании все убытки!
Несчастного стажёра, не оказывающего сопротивления, выволокли через чёрный ход и выбросили на улицу.
— Запомни, у тебя ровно неделя, чтобы вернуть деньги, — прошипел один из охранников, с силой хватая его за грудки и прижимая к стене. — Сумма астрономическая, мы понимаем. Хочешь — продавай квартиру, хочешь — почку, а хочешь — душу дьяволу, но деньги должны быть здесь! И не советуем тебе играть с нами в прятки. Будет ещё хуже!
Мощный толчок отправил Лёву кубарем вниз по бетонным ступеням. Охранники с удовлетворением хмыкнули, отряхнули ладони и скрылись в здании. Они и не заметили притаившуюся за углом немую уборщицу, ставшую невольной свидетельницей этой жестокой расправы.
Девушка бросилась к возлюбленному, помогая ему подняться.
— Милая, не переживай за меня. Я как-нибудь сам разберусь… — растерянно произнёс он, с трудом приходя в себя. — Я не могу оставить маму без крыши над головой, но я найду выход. Я же не виноват ни в чём. Ты ведь веришь мне?
Вика молча, но очень выразительно закивала, смахнувая с его щеки капли крови. Лёва пытался успокоить её, хотя сам находился в состоянии глубокого шока.
— Вика, тебе нужно идти! — мягко, но настойчиво подтолкнул он её. — Никто не должен знать о наших отношениях. Давай договоримся, что мы едва знакомы. Это опасно, ты должна меня понять!
Он, прихрамывая и потирая ушибленный бок, медленно побрёл в сторону своего дома.
Вернувшись на работу, Вика пребывала в полной прострации. Мысли о том, как спасти любимого, не отпускали её ни на секунду. Она машинально принялась за уборку в почти опустевшем к вечеру офисе. «Моя комната в общежитии мне не принадлежит, да и сколько она может стоить?» — лихорадочно думала она. — «На крупный кредит мне никогда не дадут согласия в банке». Погружённая в свои тяжёлые размышления, она случайно выронила влажную тряпку для пыли. Наклонившись, чтобы поднять её под столом, она услышала знакомые шаги и голос Руслана.
— Всё идёт как по маслу! — потирая руки от удовольствия, радостно произнёс он. — Этого ботаника красиво подставили, и теперь на него повесят весь урон! Это же гениально — использовать его компьютер для слива информации! Остался последний штрих — передать финальные документы нашим американским «партнёрам» и окончательно дискредитировать Аркадия Петровича! Никакого слияния компаний не произойдёт, а наши с тобой счета приятно пополнятся. Его сообщник, мужчина по имени Марк, выглядел невероятно довольным.
— Поторопись! — бросил на прощание Руслан.
А сам тем временем достал из нижнего ящика своего стола тонкую, невзрачную папку. Коварная парочка, уверенная в своей безнаказанности, скрылась за поворотом коридора.
Уборщица поднялась с колен, так и не подобрав тряпку. Теперь она знала имя настоящего предателя. Оставалось самое сложное — найти способ сорвать их коварные планы.
Схватив своё ведро с чистой водой, она поднялась на верхний этаж, в кабинет директора, где, как она знала, должна была вот-вот начаться важная встреча с иностранными инвесторами. Издалека она заметила группу солидно одетых иностранцев и услышала обрывки фраз на английском языке. «Это они!» — промелькнуло у неё в голове. — «Но что же делать? Как их остановить?» И тут её осенило. Сделав вид, что она споткнулась о массивную напольную вазу с экзотическими цветами, она позволила ведру выскользнуть из рук. Ледяная вода брызнула во все стороны, окатив дорогих гостей с головы до ног. В роскошном холле повисла гробовая тишина, а затем поднялся возмущённый гул.
Иностранные партнёры, что-то гневно бормоча на своём языке, в сопровождении помощников поспешили в гостиничный номер, чтобы переодеться. Разъярённый директор набросился на виновницу скандала. Она же, бледная как полотно, лишь молча хлопала глазами, полными слёз. Никто не удосужился предупредить его, что новенькая уборщица немая. Наконец, один из охранников что-то тихо прошептал ему на ухо.
— Глупая, неуклюжая девка! — раздражённо замахал он руками перед её лицом. — Ты хоть отдаёшь себе отчёт, что ты только что натворила? Может, и тебя кто-то купил, чтобы сорвать сделку?
Она разрыдалась от полного бессилия, судорожно хлопая по карманам своего фартука в тщетных поисках нужной карточки. Она боялась не за себя, а за Лёву, и её душила жалость от того, что она не может крикнуть о его невиновности.
Девушка беззвучно открывала рот, по её бледным щекам ручьями струились слёзы. Рядом с ней стояли главный бухгалтер и директор, с осуждением смотря на неё. По коридору навстречу уже шли те самые двое охранников, что так жестоко расправились с Львом. Теперь настала её очередь.
И вдруг, собрав всю свою волю, всю свою любовь и отчаяние в один мощный кулак, она из последних сил зажмурилась и попыталась произнести самое главное. Из её пересохшего горла, с невероятным усилием, вырвался хриплый, сдавленный, но абсолютно чёткий и ясный звук: «А-а-а…». А затем, словно плотина прорвалась, полились слова, сначала тихо, а потом всё громче: «Это не Лёва! Это Руслан… он предатель… Документы… у него в руках…»
Аркадий Петрович резко обернулся в сторону коридора, где как ни в чём не бывало стоял Руслан, и коротким взмахом головы дал указание охране. Того мгновенно скрутили. Тонкая папка, которую он пытался спрятать, оказалась в руках директора. Он быстро перелистал её содержимое, и на его суровом лице медленно расползлась широкая, торжествующая улыбка. Он поднял сжатые кулаки в победном жесте: «Да!»
— Ах ты, подлая змея! — с искренним изумлением воскликнул он, отдавая распоряжения охране. — Немедленно обыскать их кабинеты и изъять все телефоны и носители!
Директор с отвращением посмотрел на разоблачённых лжецов, а затем с уважением протянул руку дрожащей девушке.
— Спасибо тебе, Виктория. Передай мои самые искренние извинения Льву, — с лёгкой улыбкой заметил он. — Когда решите пожениться, ваше свадебное путешествие — за мой счёт. Пусть возвращается в компанию, я его жду.
Страх за жизнь любимого человека, оказавшийся сильнее многолетнего недуга, сотворил настоящее чудо и разрушил прочную психологическую блокаду. Теперь она могла говорить, и в её планах прочно утвердилась подготовка к поступлению в институт.
Лёва был не только восстановлен в должности, но и повышен до младшего менеджера. Вскоре они с Викой сыграли скромную, но очень душевную свадьбу. Директор выделил молодому специалисту солидную денежную компенсацию в качестве моральной реабилитации. А сын, не раздумывая, потратил эти деньги на путёвку в лучший санаторий для своей больной матери.
Елена Викторовна со слезами радости на глазах приняла этот бесценный подарок от молодожёнов.
— Я так вас люблю, мои родные! Берегите друг друга, храните ваше счастье! — улыбалась она, провожая их взглядом из окна автобуса. — Теперь мне остаётся только мечтать о внуках!
Их история навсегда осталась в стенах компании как живая легенда, напоминающая всем о том, что настоящая, самоотверженная любовь способна творить самые невероятные чудеса, ломать любые преграды и исцелять самые глубокие раны. А значит, никогда не стоит отчаиваться и всегда нужно спешить делать добро, ведь оно обязательно вернётся бумерангом света и надежды.